Японский газ из воды - новая угроза Газпрому

Стоило российскому газовому гиганту объявить о том, что Азия в будущем станет основным направлением экспорта российского топлива, как немедленно японцы нашли способ обеспечить себя газом самостоятельно. Там впервые удалось добыть метан из газового гидрата. О прорыве в технологии добычи и о том, чем он грозит Газпрому - наш экономический обозреватель Лев Пархоменко. Пархоменко: Вот так примерно выглядит газовый гидрат. Фактически это соединение воды и газа. Газ может быть разный, но в нашем случае речь идет о метане, то есть горючем газе.


Сейчас у меня в руках обычный сухой лед, то есть замороженный углекислый газ. Гидрат метана от него отличается голубым оттенком и более острыми краями. Фактически это кристалл. Для того, чтобы вода и газ в него превратились требуется очень высокое давление и низкая температура - ровно как на океанском дне. Впервые они были обнаружены еще в начале 19 века. С того момента как стало ясно, что на дне морском лежат настоящие богатства, в разных уголках мира начали думать над тем, как его достать.


С сухим льдом все просто. Достаточно кинуть его в воду и вот, пожалуйста, газ пошел. Но с гидратами метана все гораздо сложнее. Георгий Черкашев, заместитель директора ВНИИ Океангеологии: Прежде всего, это на глубине 500 м. Второе: нужно бурить. Эти гидраты не на поверхности, а под слоем осадочной толщи. Надо их достигнуть. Третье: их надо перевести в газообразное состояние, чтобы они в виде газа поднялись наверх.


Часть хотя бы добыть. Четвертое: нужно найти скопление, чтобы это было реальное месторождение. Японцы, который сегодня сообщили о том, что им удалось совершить прорыв в добыче метана из гидратов, сегодня впереди планеты всей по развитию этих технологий. Все дело в том, что своего топлива у японцев нет. И как только они узнали о том, что в их экономической зоне находится огромное количество гидратов, начали вкладывать в исследования огромные деньги.


Впрочем, есть гидраты метана не только у японцев. Они есть и на западном побережье Штатов, и районе Центральной Америки, и вокруг Южной Америки, и в Атлантическом океане. Россия, конечно, не осталась в стороне. Залежи гидратов обнаружены в Байкале, в Черном, Каспийском и Охотском морях. И если мы когда-нибудь и будем добывать газ из гидратов, то в первую очередь именно в Охотском море.


Впрочем, разведка пока еще очень приблизительная. Георгий Черкашев, заместитель директора ВНИИ Океангеологии: Потенциал на нашей планете, связанный с гидратами, чрезвычайно велик. Это факт. Для того чтобы развить технологию добычи газа до такой степени, чтобы ее можно было применять в промышленных масштабах, потребуется еще немало времени, как минимум 10 лет, а скорее и 20 и 30.


Но очевидно, что когда-нибудь это обязательно произойдет. У той же Японии уже найдено гидратов столько, что хватит для обеспечения страны на 100 лет вперед. И тут конечно стоит призадуматься российской газовой монополии. Под это проектировалось разработка гигантского месторождения на Ямале с созданием там же терминала сжиженного газа. Но проект пока так и не запущен, а об экспорте газа в Штаты и речи быть не может.


Революция в добыче газа из сланцев уже в ближайшие годы позволит США самим экспортировать топливо. Когда это стало очевидно для всех, Газпром объявил - идем на Восток. Это звучит вполне оправдано, ведь именно в Азии - центр роста мировой экономики и топлива там надо будет все больше и больше.


Одним из основных импортеров газа в Азии является Япония. На нее в Газпроме и прицеливались. И вот теперь такой сюрприз. Может статься так, что через 10 лет им нашего газа уже будет не надо. С одной стороны можно только посочувствовать руководителям Газпрома. Стоит ему объявить, куда она направит свои трубы, как там с удвоенной силой начинают думать над тем, как бы самим себя обогреть.


Но дело не Японии, и даже не в Азии. Дело в том, что газовые гидраты могут полностью перевернуть весь рынок энергоресурсов. Так как это уже делает сланцевый газ из США. Это нетрадиционный источник сырья, он вполне может конкурировать со сланцевой революцией, но что для этого нужно? То же, что было со сланцами.


Нужно разрабатывать технологии, вкладывать деньги, проводить исследования. В завершение хочется напомнить, что бесплатный сыр только в мышеловке. И газовый гидрат может нести цивилизации не меньшую опасность, чем, например, нефть. Ведь речь идет о метане, то есть парниковом газе. Это значит, что авария на скважине будет означать не разлив топлива на какой-то пусть и большой территории, а гигантский выброс парникового газа. А это изменение климата и следующие из него радости жизни. По материалам: tvrai.


Социальные закладки:

Астана пугает Москву восточным соседом

Казахстан в 2013 году увеличил поставки нефти в Китай, постепенно разворачиваясь от России в сторону восточного соседа, сообщает агентство Reuters. Нужно ли напоминать, что именно Россия являемся партнером Астаны по Таможенному союзу, о перспективах которого много говорят и там, и тут?


Теряя казахстанские ресурсы, отмечает агентство, мы обрекаем себя на повторение опыта с Туркменистаном: не придя к общему знаменателю с Газпромом по транзиту газа по его системе, Ашхабад переключился на поставки голубого топлива в КНР. В информагентстве полагают, что рост спроса на нефть в Китае может лишить Москву дополнительных транзитных объемов.


Но не только: смена партнера может спровоцировать российские компании менять привычные экспортные маршруты в пользу казахстанского транзита. А это, понятное дело, гораздо выгоднее нашему партнеру по ТС, чем российской экономике. По данным Миннефтегаза Казахстана, в январе республика увеличила экспорт нефти в Поднебесную, прокачав 1,012 миллиона тонн против 0,978 миллиона тонн в декабре. В КНР нефть поступает по трубопроводу Атасу - Алашанькоу, открытому в 2005 году.


Другими словами, казахстанский экспортный маршрут начинается в той же точке, где и нефтепровод Атырау - Самара, через который нефть попадает в российскую систему. Ежегодно Астана поставляет России 15 миллионов тонн нефти, причем объем не растет многие годы.


Китай в 2012 году получал 10 миллионов тонн нефти, но уже на 2013 год Миннефтегаза республики заложилось на 12 миллионов тонн. Первоначально трубопровод Кенкияк - Атырау начал прокачку в восточном направлении, чтобы обеспечить Мангистаумунайгаз. Кстати, компанией на паритетных правах владеет китайская CNPC. По информации источников информагентства, трубопровод мощностью всего 6 миллионов тонн в год не полностью готов к работе в восточном направлении.


Его нужно реконструировать, а на это понадобятся время и деньги. Пока поставки ведутся в тестовом режиме - 40 000 тонн в месяц. Однако вывести трубопровод на полную мощность или даже нарастить ее - только половина дела.


Сам Китай, даже если у него есть такое желание, пока еще не готов резко увеличить прием казахстанской нефти. Это потребует значительных дополнительных затрат на инфраструктуру, строительство нефтепроводов, транспортировку и так далее: Необходимо учитывать, что Средняя Азия - крайне нестабильный регион, учитывая недавнюю революцию в Киргизии. А потому и поставки нефти оттуда надежными назвать никак нельзя.


Общие расходы на возможную транспортировку среднеазиатской нефти в Китай могут составить до 10 долларов с каждого барреля, а учитывая возможную наценку со стороны Казахстана - и вовсе перевалить за 20 долларов. Кроме того, Нарек Авакян уверен, что Китай не пойдет сейчас на конфликт с Россией из-за среднеазиатской нефти. Об этом также говорит и недавний визит Дмитрия Медведева в КНР, где он подписал ряд крупных контрактов, в том числе и в энергетической сфере - на поставку большого количества нефти и газа из сибирских и дальневосточных месторождений.


Причем контракты эти долгосрочные, что является надежным гарантом защиты интересов России и Китая. О том, почему увеличение Казахстаном экспорта нефти на восток не представляет угрозы для России, в беседе с обозревателем KM.RU рассказал ведущий эксперт Союза нефтегазопромышленников России Рустам Танкаев: - У нефтепровода, который идет с территории Казахстана в Западный Китай, есть определенная проблема, которую можно решить только с помощью России. В чем же дело?


Этот нефтепровод идет с месторождений, на которые китайские компании имеют лицензии в Казахстане. Единственный способ ее улучшить - это где-то в районе Павлодара, то есть там, куда доходят российские нефтепроводы, смешать ее с нефтью из Западной Сибири. При этом сами казахи сильно уповают на то, что они с Россией большие друзья и она им всегда поможет. При этом они готовы платить за нашу нефть по той цене, по которой китайцы оплачивают конечную смесь, а конечная смесь остается достаточно плохого качества.


Поэтому никто не хочет идти в этом направлении. Следовательно, данный нефтепровод не является конкурентом для России в принципе. Для нас это - одно из направлений сбыта нефти, можно сказать, второстепенное. Впрочем, у казахов запрятан в рукаве еще один козырь.


Кроме существующих месторождений, Астана в ближайшее время должна решить вопрос с экспортом нефти с новых месторождений, среди которых Кашаган со своими гигантскими запасами. Которому из соседей Астана отдаст предпочтение в этом случае? Как сообщили Reuters осведомленные источники в Казахстане, участники Кашагана уже рассматривают маршрут в Китай через Алашанькоу. В состав участников проекта входят Казмунайгаз, E i, Total, Exxo Mobil, Royal Dutch Shell (по 16,81%), Co ocoPhillips (8,4%), I pex (7,56%).


Кстати, первая фаза работы в Кашагане предусматривает добычу около 300 000 баррелей в сутки сразу после запуска в 2013 году с последующим увеличением до 450 000. При этом доказанные извлекаемые запасы нефти Кашагана превышают 761 миллион тонн. Однако и в этом случае потери России не будут столь существенными. По словам Рустама Танкаева, Россия использует вопрос поставок нефти из Казахстана как один из весомых аргументов в переговорах с правительством республики о судьбе Байконура.


Если Китай переключится вместо нее на кашаганскую нефть, мы просто лишимся одного из козырей.


Социальные закладки:

Самоубийство страны вахтовым методом

Об энергетических проблемах применительно к современной России обычно говорят с позиций отношения бедной многодетной крестьянской семьи к корове-кормилице. На уровне примерно таком: молода ли, здорова ли, долго ли еще будет давать молоко и сколько? Аналогом молока в данном случае, понятно, являются преимущественно нефть и газ.


Важный штрих, роднящий эту бедную семью с современной Россией: все знают и понимают, что корова, рано или поздно сдохнет. Но до уровня возможности купить вместо этой коровы другую или подготовить иной источник средств к существованию даже самые смелые умы - из числа допущенных к принятию решений - поднимаются лишь в бесплодных мечтах.


Никакой внятной стратегии замены имеющейся коровы-кормилицы на что-то более долгосрочное и надежное так и нет. Тогда ключевые позиции такие: не просто почем заключим долгосрочные контракты на продажу своего товара (применительно к газу) и какая сложится цена на биржевом рынке (применительно к нефти), но еще и сумеем ли оттеснить конкурентов, а также какую долю рынка займем. И вот это - занятие своим сырьем, по возможности, большей доли рынка - выдается за развитие. В чем позитив такого подхода? В его, скажем так, немудрености.


Без преувеличения можно утверждать, что так управлять государством может даже кухарка. Не по профессии, а по уровню образования и кругозора, разумеется. Кухарка не та, которую в свое время еще только собирались научить управлять государством.


Но та, что вот только что закончила что-нибудь престижное экономико-менеджерское и искренне верит, что этого достаточно для управления огромной страной, да еще и по объективным причинам находящейся в непростых отношениях с окружающим миром. А в чем дефект этой логики? В этой же простоте.


Что в данном случае не то, чтобы хуже воровства, но, как мы знаем, тесно с ним сопряжена. Чрезвычайно выгодна такая простота, вроде как, под дурачка. Торгуешь на мировом рынке тем, в чем ни с кем из подлинно сильных мира сего не конкурируешь. Это позволяет ни с кем во внешнем мире всерьез не конфликтовать, никаких серьезных усилий ни в чем не предпринимать. И, как будто бы, даже добиваться какого-то успеха. Но какова ценность этого успеха?


Если не применительно к бедной многодетной семье со сверхцелью еще день прожить и ночь продержаться, а применительно к целой огромной стране, у которой, кроме всего прочего, должна быть еще и какая-то ясная перспектива на будущее? Ладно, скажут мне, критиковать - все мастера, но вот что делать-то?


Хорошо, именно на том, что нужно делать, в отличие от того, что делается теперь, давайте и сконцентрируемся. Этому, в частности, будет посвящена сегодняшняя (6 февраля 2013 года) предварительная Энергетическая секция Московского экономического форума (сам Форум пройдет 20-21 марта в МГУ). Как всегда в таких случаях, видеоролик по результатам дискуссии в сеть, видимо, будет выложен (обычно съемку ведет Нейромир-ТВ ).


Сейчас же изложу несколько своих кратких тезисов, без реализации которых, с моей точки зрения, любые прочие замечательные меры могут быть лишь этакой легкой косметикой на, мягко говоря, не вполне здоровом лице нашей экономики. Итак, тезисы: что нужно делать для того, чтобы наш природно-ресурсный комплекс вел не к деградации страны, а к ее развитию? Первое.


И сразу примечание: весь объемный комплекс условий для развитие реального не сырьевого сектора национальной экономики мы здесь не рассматриваем. Сейчас речь лишь об одном компоненте системы - о надлежащей роли и месте топливно-энергетического комплекса. Второе.


Стимулирование, в частности, налоговыми и таможенными инструментами, а также, при необходимости, даже и прямым квотированием экспорта, в том числе, в рамках необходимой нам программы ограничения или даже прекращения роста стоимости энергоресурсов на нашем внутреннем рынке.


Но как это согласуется с уже подписанными контрактами, построенными трубопроводами, а также с требованиями ВТО?, Отвечу. Подписанные контракты придется, в основном, исполнять. Тем более, что необходимый нам поворот в приоритетах, который я описываю, вовсе не мгновенный. Но в отношении новых контрактов уже должны быть основания для взвешивания целесообразности принятия на себя долгосрочных обязательств.


Трубопроводы - тоже вещь дорогая и важная, и какое-то время они нам еще послужат. Но, согласитесь, стратегия собственного развития - несопоставимо важнее. Наконец, что касается ВТО. В отличие от тех, кто втягивал нас в ВТО, утверждая, что это для страны благо, я на протяжении многих лет заранее обращал внимание на пагубность этого шага.


Более того, и сейчас утверждаю, что ключевые проблемы нашего развития в принципе не могут быть нами решены в рамках ВТО. Но мы сейчас - не об ограничениях на развитие, только что добровольно наложенных на страну нашей властью, а о том, что нужно делать. Будет воля это делать - будем решать вопросы и о снятии ограничений. А пока продолжим.


Третье. Отказ от срочной разработки месторождений в случаях, когда у страны нет насущной необходимости в дополнительном сырье. То есть, возможность что-то достать из земли, продать за рубеж и получить прибыль - вовсе не основание для недропользования. Поясню на ярком примере не из топливно-энергетической сферы, но на примере показательном.


Предполагаемая добыча никеля в Воронежской области, в непосредственной близости от реки Хопер - кому и зачем нужна? С учетом того, что речь идет об опасности отравления прекрасных черноземов, да и вообще о густонаселенном районе. Более того, нет и острой нехватки иностранной валюты - только что введено бюджетное правило, перекачивающее валюту в объеме до половины годового федерального бюджета за рубеж.


Так зачем губить природу? Это вопрос даже не о компенсациях тем, кто пострадает Это вопрос о принципиальных приоритетах государства, которое по Конституции называется социальным. Нет насущной стратегической необходимости, притом, что интересы людей, живущих на этой земле, окажутся ущемлены. Значит, не должно быть и никакого бизнеса на воронежском никеле. Четвертое.


Рентабельность топливно-энергетического сектора должна быть регулируемой и самой минимальной: с тем, чтобы обеспечить наилучшие условиях для других секторов - производства продукции с высокой добавленной стоимостью. Пятое. Надлежащее решение предыдущего вопроса практически автоматически пресекает основной источник инфляции в нашей стране - необоснованный трудозатратами и себестоимостью продукции рост тарифов на энергоресурсы и ЖКХ.


Шестое. Никого заманивать дополнительными коврижками в надежную и гарантированную государством инвестицию в инфраструктурную отрасль с регулируемой рентабельностью уже не надо. Если само государство станет надежным, разумеется. Седьмое. Это хотя и выделено в отдельный пункт, но по характеру, скорее, примечание. Без наведения в этом смысле жесткого, буквально, репрессивного порядка, разумеется, ни о каких инфраструктурных отраслях с оптимально регулируемой рентабельностью не может быть и речи.


Восьмое. Экспорт энергоресурсов нам все-таки тоже необходим, но в каких объемах? В объемах, соответствующих объемам критически важного импорта, с некоторым запасом. Причем не вообще, а именно по тем критически важным позициям, в расчете на которые мы вынуждены держать в запасе валютные средства в резервных фондах. Обычно это рассматривается как направление промышленной политики, правда, фактически у нас никоим образом не реализуемой.


Здесь же уместно говорить об этом именно с позиций энергетической политики: плановое импортозамещение по критически важным позициям должно позволить нам поэтапно столь же планово существенно сократить экспорт невозобновляемых энергоресурсов, высвободить и перенаправить их на обустройство своей страны, создание наилучших условий для сельского хозяйства, промышленного развития и более комфортных условий жизни в тех регионах, которые, в противном случае, при недостатке сравнительно дешевых энергоресурсов, не являются притягательными для производственной деятельности и просто для жизни людей.


Девятое. Продолжим разговор о целесообразных объемах экспорта сырья, включая энергоресурсы. Есть еще одно возможное и чрезвычайно важное основание для экспорта сверх необходимого минимума, но это именно то основание, которое у нас не используется. Что позволяет отнести нас к числу стран слаборазвитых, с марионеточными режимами. Поясню. Вопрос об экспорте сырья в странах слаборазвитых, с марионеточными властями, зависимыми от глобальных потребителей сырья, обычно рассматривается исключительно с позиций дохода, который можно получить от продажи сырья.


Но подлинно суверенные и стремящиеся к развитию государства должны ставить вопрос иначе. А именно: какое технологическое развитие получит страна в обмен на поставки своих природных ресурсов внешнему миру? А как у нас с этим сейчас? Недавно по ТВ показали, как глава Роснефти И.С В.Путину, выразил намерение размещать заказы на оборудование на российских предприятиях. Что ж, более чем похвальное намерение. Но..


Было введено требование протекции российскому машиностроению, а затем эта норма тогдашней (преимущественно левой) Думой была даже уточнена - была установлена норма в 70% отечественного оборудования и услуг. Но летом, после присоединения России к ВТО, эта норма прекратила свое действие.


То есть, теперь никаких юридически закрепленных требований связывания недропользования в России гарантированием заказов своему машиностроению нет вообще. Таким образом, публично продекларированное намерение главы Роснефти, повторим, в высшей степени похвально.


Но: - примерно пятая часть акций Роснефти с прошедшей осени уже принадлежит британской BP ; и если британские акционеры нашей компании Роснефть сочтут, что ее руководство необоснованно (с точки зрения британских интересов) отдает предпочтение нашим машиностроителям, то куда они обратятся? Правильно - прямиком в суд ВТО. Который вынесет какое решение?


Нет нужды даже и гадать - наложит весьма болезненные санкции либо на Роснефть, либо на Россию - как государство и одновременно собственника контрольного пакета акций, злоупотребляющего своим положением.. Роснефть не запланирована в ближайшее время к полной приватизации? И кто тогда и каким образом (да и попросту зачем?) И. наконец, десятое - последнее в этих кратких тезисах. О недропользовании, о нормальной жизни и, без преувеличения, о единстве и территориальной целостности страны.


Начну, следуя курсу на конструктив, с того, что нужно делать.


Дефицит в мире природных ресурсов и соответствующее стремительное относительное подорожание природных ресурсов по сравнению с промышленными товарами, зданиями, сооружениями, инфраструктурой жизнеобеспечения создает прекрасные возможности для создания более чем приемлемых условий для постоянной вполне комфортной жизни в местах добычи полезных ископаемых. Включая нефте- и газодобычу. У людей жизнь - только одна.


Вполне реально и необходимо создавать на наших северах условия для постоянной жизни людей со своими семьями. Жизни вольготной, со своими большими плюсами по сравнению с жизнью в относительно перенаселенных зонах с более благоприятным климатом. Со всей необходимой инфраструктурой, включая доступные спортивные комплексы, бассейны и т.п


А как сейчас? Сейчас частично кое-где это и реализовано. Но, как известно, еще предыдущий глава Минэкономразвития, а ныне экономический советник президента Э. Набиуллина, провозгласила идею мегаполизации страны.


Ее, с моей точки зрения, уж простите, просто живодерская логика проста и понятна: в мегаполисах инфраструктура дешевле, чем разбросанная по бесчисленным малым городкам и поселкам, не говоря уже о деревнях. Значит, размещение населения по стране стремительно оптимизируем - сгоняем народ в тесные муравейники. А то, что людям свойственно стремиться к разному, в том числе, далеко не все мечтают жить в крупном городе? А то, что в тесном городе семья с большим количеством детей - аномалия?


Не говоря уже о проблемах здоровья - на природе, в малых городках и поселках сохранить его, естественно, легче. Но кого из оптимизаторов-экономоцентристов подобное интересует? А кто не согласен, кто хочет жить на своей земле вольготно, того накажем - поставим под реальную угрозу здоровье и саму жизнь.


Яркий пример - в недавней публикации здесь, в Свободной прессе, о закрытии роддомов в районных центрах Ярославской области, включая даже такой знаменитый туристический центр как город Мышкин.. Аналогично и с недропользованием.


Прямо и, уж простите, тупо понимаемая экономическая эффективность диктует один метод освоения северов - вахтовый. Никаких городов, роддомов, яслей, детских садов и школ, не говоря уже о вузах - ничего, кроме основного производства и временного жилья, создавать не надо. Сиюминутно экономически подсчитали - выгодно. Значит, так тому и быть. Но к чему это ведет? Казалось бы, вопрос - никак не относящийся к проблемам топливно-энергетического комплекса, а, скорее, социальный.


Что ж, социальные последствия описывать не буду, хотя они будут катастрофичны. Опишу последствия лишь исключительно с точки зрения перспектив самого НАШЕГО топливно-энергетического комплекса. Особенно явственно они просматриваются в нынешней ситуации отсутствия реального поворота недропользования на заказы своему машиностроению. И, как следствие, угасания и оборонно-промышленного комплекса, не имеющего достаточной подпитки гражданскими заказами.


Итак, перспектива очевидна: через совсем непродолжительное время на повестку обсуждения мировым сообществом будет поставлен вопрос об обоснованности формальной принадлежности российских северов государству Россия. И, действительно, люди там русские постоянно не живут - лишь приезжают работать вахтовым методом. Как вам такая перспектива?


Не мною придуманная, но явственно вырисовывающаяся - как неминуемый итог планов, уже сегодня воплощаемых в жизнь.


Социальные закладки:

Япония впервые добыла природный газ

Японская корпорация нефти (JOGMEC) добыла первый в истории природный газ у побережья Японии. Природный газ был добыт из находящихся под дном океана залежей метангидратов. Они, как надеются в Токио, помогут решить энергетические проблемы лишенной ресурсов страны.


Об успехе эксперимента официально объявило японское министерство экономики, торговли и промышленности, передает ИТАР-ТАСС. По его поручению пробную добычу провела Японская национальная корпорации нефти, газа и металлов и государственный Институт промышленных технологий. Эксперимент проходил на месторождении в 70 км к югу от полуострова Ацуми на восточном побережье острова Хонсю.


Как сообщала газета ВЗГЛЯД, тестовое извлечение газа метана из собственных залежей метангидратов Япония начала в конце января. В течение минувшего года японские специалисты провели ряд экспериментов по бурению тихоокеанского дна в поисках метангидратов. В этом году они намерены опробовать полномасштабную добычу энергоресурса и выделение из него метана. В случае успеха промышленную разработку месторождения у полуострова Ацуми начнут уже в 2018 году. Огромные запасы метана хранятся в основном на морском дне.


Метан находится там в связанном виде - в форме твердых гидратов. Гидрат метана напоминает лед или спрессованный снег, который способен гореть, как газовая горелка, если его поджечь. Проведенные ультразвуковые исследования показали, что под морем вокруг Японии прогнозируемые запасы метана в гидратах могут составлять от 4 до 20 трлн кубометров.


Запасы метангидратов только в районе к югу от города Нагоя (у полуострова Ацуми) оцениваются в 1 трлн кубометров. Теоретически они могут полностью обеспечить потребности Японии в природном газе в течение 10 лет. Всего же, по прогнозам специалистов, залежей метангидратов под океанским дном в прилегающих к японскому архипелагу районах стране хватит примерно на 100 лет.


В настоящее время Япония полностью лишена энергетических ресурсов и импортирует их. Токио, в частности, является крупнейшим в мире покупателем сжиженного природного газа. После же аварии на АЭС Фукусима и постепенного отключения всех атомных станций страны потребности Японии в энергоресурсах только возросли.


Социальные закладки:

Сланцевая революция не изменит мировой баланс энергоносителей

Эксперты Всемирного экономического форума пришли к выводу, что еще 20-30 лет мировая экономика будет по-прежнему иметь топливную инфраструктуру. При этом потребность в нефти будет снижаться, уступая место газу как более экологическому топливу. А сланцевая революция снизила опасения по поводу скорого истощения ресурсов. Попытаться заглянуть на несколько ближайших десятилетий вперед мы попросили Сергея Кара-Мурзу.


Важные изменения возникают, когда фундаментальные науки находят какой-то новый принцип Я думаю, что структура энергообеспечения будет сохраняться гораздо дольше, чем 20-30 лет. То, что начинают разрабатывать сланцы, ничего не меняет. Если бы нашли новое месторождение нефти, что-нибудь изменилось бы? Нет. Потому что надо будет технологию доводить, чтобы эту нефть извлекать и перерабатывать, но это несущественно. Важные изменения возникают, когда фундаментальные науки находят какой-то новый принцип.


Например, появилась атомная энергетика, а в конце XIX века был создан двигатель внутреннего сгорания, что привело к такому массовому использованию нефти. Вот это были принципиальные сдвиги, они изменили многое и в политике, и в геополитике. А так до этого нефть особо не интересовала никого.


Если представить, что сейчас открыли новый тип энергоносителя, то примерно через 50 лет это бы как-то сказалось на экономике. Но пока не открыли. Были надежды, что водородный двигатель будет вытеснять углеводородный, но пока не видно такого. В 80-е годы об этом много говорили, но он не стал популярен, потому что создает много неудобств.


Водород как топливо очень опасен, поэтому в массовом масштабе его еще долго не будет. А пока не открыто какое-то новое явление, поэтому время у нас еще есть.


Поэтому как только будет какое-то мощное фундаментальное открытие, тогда отсчитаем 50 лет вперед и скажем, что тогда можно будет заменить существенную долю нефти из современных технологий и энергоносителей. Вот тогда у России будет проблема, если мы хотим по-прежнему питаться от нефти, от трубы.


Нехватка нефти будет все равно ощущаться по мере развития больших стран Уже посчитали, что еще не скоро месторождения на шельфе заменят традиционные на земле. Нехватка нефти будет все равно ощущаться по мере развития больших стран, например, Китая, Индии; индустриализуются сейчас и Африка, Латинская Америка. Все они будут потреблять еще больше нефти.


Я думаю, что сланцевая революция коренным образом не изменит мировой баланс среди энергоносителей, потому что это, в принципе, можно уподобить открытию новых месторождений нефти. Какая разница, выкачиваете вы жидкую нефть из пустот или из пористой породы сланцев? Сланцы на самом деле давно используют. В Советском Союзе еще в школе учили, что, например, в Прибалтике большие запасы горючего сланца.


Смешивать спирт с бензином - все равно что разбавлять вино шампанским Но все равно в массовом масштабе сланцы будут эксплуатироваться, когда будут дешевле, чем нефть. Но американцы смотрят вперед, денег им не жалко для этого. Они - пионеры в разработке сланцев. Они пытались и биологическое топливо производить - перерабатывать сахарный тростник на спирт.


Года три или четыре назад был всеобщий психоз, что если американцы сейчас пустят все сельское хозяйство на горючее, то в мире будет голод. Технологию создали, попробовали, но это очень дорого, совершенно несравнимо с нефтью. Как говорят сами американцы, смешивать спирт с бензином - все равно что разбавлять вино шампанским. Поэтому нет признаков какого-то катастрофического изменения.


А цены на нефть все равно меняют искусственно. Американцы имеют возможность надавить, пока страны продают нефть на лондонской и американской биржах. Они пользуются возможностью воздействовать на нефть и срывать какие-то выгоды. Вот это для нас опасно, потому что мы слишком открылись на Запад. Если говорить о России, она обеспечена хорошо: много угля, нефти, газа.


Такая структура сложилась уже после войны, а до этого мы и дрова могли использовать. Колебания потребностей в нефти или газе не меняют общую картину хозяйства для большой страны. Для маленькой страны все придется перестраивать на уголь, его пока еще достаточно.


Многие будут переходить на уголь, тем более сжигание угля можно совершенствовать, чтобы было меньше отходов и больше КПД. Над этим работают. В 80-е годы много говорили о новых аппаратах, технологиях горения. Мы видим, что ничего необычного не случилось. Но планы перевода электростанций на более дешевое топливо, на уголь, будут расширяться.


Социальные закладки:

Делягин: ФАС провоцирует бензиновый кризис в России

Через три года в России возникнет бензиновый кризис, который заставит Россию покупать бензин у соседей - в Казахстане и Белоруссии. Об этом пишет в своей статье директор Института проблем глобализации, доктор экономических наук Михаил Делягин. Делягин ссылается на соответствующие выводы источника из Федеральной антимонопольной службы.


По его оценке, нефтеперерабатывающая отрасль в настоящее время застыла на пороге большой модернизации, хотя все готово для того, чтобы начать переоборудование заводов под выпуск качественного топлива, отвечающего всем современным требованиям. Регламент модернизации разработан еще в 2011 году, тогда же нефтяники представили подробные планы модернизации НПЗ в 2011-2020 годах.


Задержка вышла по вине самой антимонопольной службы, которая так и не утвердила готовый регламент, полагает Делягин.


С точки зрения ведомственных интересов ФАС ее поведение выглядит почти самоубийственно: она сначала тормозит модернизацию, не согласуя регламент, а затем вместо естественного административного урегулирования "выносит сор из избы", обвиняя во всем нефтяников, но в итоге подставляя себя саму", - констатирует Делягин.


По данным ФАС, основная часть недопоставленного бензина придется на государственные компании. Нагнетание бензиновой паники - часть кампании по обоснованию приватизации нефтяного сектора. Ведь понимание бессмысленности нынешнего этапа приватизации и, соответственно, коррупционные подозрения в адрес его инициаторов становятся все сильнее. А что может быть лучше для улучшения имиджа приватизации, чем превращение ее в спасение от страшной угрозы?"


Института проблем глобализации. При формальном нахождении вопросов приватизации и конкуренции в ведении первого вице-премьера Игоря Шувалова весьма вероятно, что нефтяная отрасль представляет собой жгучий интерес и для бурно развивающегося бизнеса, связанного, по сообщениям СМИ, с "восходящей звездой" либерального клана, вице-премьером Аркадием Дворковичем, - продолжает размышлять Михаил Делягин. Тем более, что нефтяная отрасль (как и вопросы технического надзора) находится в его ведении, и экзотическая политика ФАС не могла проводиться, как минимум, без его ведома".


По мнению эксперта, приватизация нефтеперерабатывающей отрасли будет проводиться под лозунгами необходимости удовлетворения интересов мелких участников нефтяного рынка, которые-де создадут конкуренцию. Однако на деле положение в отрасли определяют крупные компании, на фоне которых их мелкие коллеги просто незаметны. Но риторика о малых компаниях представляется не только маскировкой задачи приватизации "сладких кусков" нефтяной отрасли, - предупреждает глава Института проблем глобализации.


Важно, что значительная часть мини-НПЗ, производящих низкокачественное топливо, автоматически обрекается на уничтожение планами модернизации отрасли (так как у их владельцев часто нет средств, желания или возможностей повышать качество своей продукции). Блокирование же модернизации (в частности, при помощи игр с техрегламентом) позволяет продлить существование и тех малых компаний, которые производят низкокачественное топливо".


Если расчеты ФАС окажутся верными, уже через два-три года Россия начнет закупать бензин за границей - у Белоруссии, Казахстана и стран Европы. Могут оказаться вскрытыми и запасы Госрезерва.


Социальные закладки:

Рейтинг популярности - на эти заметки чаще всего ссылаются:

март 2013
пн вт ср чт пт сб вс
1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31